Сериал Пикник у Висячей скалы год

IMdb: 6.4/10

Пикник у Висячей скалы

Picnic at Hanging Rock

В 1900 году, в День Святого Валентина, группа австралийских школьниц во главе с учительницей отправляются на пикник в район Висячей скалы, местной достопримечательности, и бесследно исчезают…. Миранда, за секунду до своего исчезновения на вершине Висячей скалы.


«Пикник у Висячей скалы» является не только жемчужиной долгого и плодотворного творчества Питера Уира, до уровня которого он так и не поднялся в своих более поздних работах, но и подлинным прорывом в эстетике киноискусства. Если Фридрих Гегель считал созданную им философию вершиной развития человеческого духа, то шедевр Уира вполне можно считать одной из вершин эволюции мирового киноискусства XX века. Визуально стилизованный под знаменитый фильм Микеланджело Антонионни «L`avventura», он так и остался непревзойденным шедевром сюрреального, мистического кино, оказавшим огромное влияние на творчество многих известных режиссеров современности.

В основном зрители обращают внимание на внешнюю эстетику «Пикника у висячей скалы». С этой точки зрения фильм действительно является уникальным, поэтичным киноэскизом с изысканными, тончайшей красоты образами и поразительной игрой цвета на уровне величайших произведений импрессионизма, изумительно сочетающихся с лучшими образцами монументальной классической музыки. Но за этой внешней красотой скрывается редчайший пример кинематографического постижения самых глубинных аспектов человеческого бессознательного.

Как и одноименный роман Джоан Линдси, на котором основан сюжет фильма, он начинается с фразы:
и сцен раннего пробуждения учениц престижного частного пансионата «Эплярд» для девушек из аристократичных семей.

С первых кадров, Уир словно выплескивает с экрана чудесный вначале и такой коварный в конце мир женственности, который неторопливо струится под музыку Бетховена с каждым воздушным поцелуем, улыбкой, лепестками цветов, распространяемых утром этого прекрасного летнего (для Австралии) дня 14 февраля 1900 г. В этот день в пансионате отмечают день святого Валентина — праздник, происходящий из древнего римского фестиваля сексуальной похоти Луперкалии. В Древнем Риме молодые люди выбирали себе партнерш для эротических игр, привлекая их маленькими бумажками с женскими именами. Спустя 2000 лет человеческого прогресса, в викторианской Австралии, юные девушки в закрытом пансионате, в честь праздника, по распоряжению директора пансионата — госпожи Эплярд, могут только снять с рук перчатки.

Два эпизода в начале фильма особенно точны и выразительны. Ранним утром мы видим девушек, которые сзади затягивают корсет друг на друге, образуя своеобразную эмоциональную цепочку. Второй эпизод — две дощечки, предназначенные для прижимания цветов, в которые цветы помещаются, как в деревянные тиски и, будучи завин¬ченными, умерщвляются и засыхают. Заметим, что с самого начала фильма мы видим много цветов. Но это только высушенные, безжизненные цветы. Мы слышим много стихов. Но это странные мистические стихи, в том числе «A Dream Within a Dream» Эдгара Алана По, от которого словно веет ароматом смерти. Все эти блестящие в своей точности режиссерские метафоры показывают нам разительный контраст между атмосферой викторианской эпохи с ее подавленной чувственностью и энергией потаенного мира женственности, поэтично распространенной в каждом кадре, но не имеющей возможности для адекватной реализации.

Первой в этот день просыпается светловолосая Миранда — лучшая ученица, вызывающая восхищение всего пансионата и притягивающая внимание зрителей каждым своим появлением на экране. Элегантная, благоразумная и поэтичная Миранда настолько легка и органична в красоте своей юности, что перед пикником одна из учительниц, смотря на нее восклицает: «Она просто ангел Боттичелли». Хватило одной секунды, чтобы в Миранду влюбился молодой человек Майкл, который словно зачарованный наблюдает за Мирандой, когда она медленно, вместе со своими подругами, переходит через ручей к Висячей скале, навстречу неизбежности своей трагической судьбы.

На контрасте с Мирандой, Уир безупречно тонкими, но точными штрихами показывает нам и ее антипода — меланхоличную соседку по комнате Сару, которая прощаясь перед поездкой на пикник с Мирандой, уже знает, что прощается с ней навсегда. Сара любит Миранду, но не может выразить свои чувства в атмосфере подавленной сексуальности той эпохи. Любой человеческий инстинкт, не находя адекватного выражения во внешнем мире, искажаясь бумерангом возвращается обратно к своему хозяину, усиливая негативность бессознательного. Удивительно, как глубоко в этом фильме Уир, основываясь на образах сновидений, подобрался к самым глубоким тайнам женской души, показав, что психологически женщину почти всегда убивает не мужчина, а другая женщина. Мать, подруга — это не имеет принципиального значения. Мужчина может сделать с женщиной что угодно внешне, но он не способен проникнуть в глубины ее бессознательного. Именно поэтому в фильме практически нет выраженных мужских образов — они не более чем фон, на котором разворачивается внешнее и внутреннее действие фильма.

Висячая Скала — застывший миллион лет назад выброс вулканической лавы замысловатой, фаллической формы, для Уира всего лишь метафора общей негативности бессознательного, семантизирующая и подтолкнувшая реализацию уже заложенной в подсознании Миранды программы. На пикнике перед скалой Уир специально тщательно прорисовывает образы сновидений, не имеющие ничего общего с природной витальностью. Останавливающиеся часы, насекомые, птицы-падальщики, пауки в паутине, которые, вместе со специально подобранной гипнотической музыкой «Climbing the Rock» Брюса Смитона и игрой цвета, неизбежно наводят на мысль о неминуемом финале. Нельзя не отметить, что эпизоды около Висячей скалы сняты Уиром особенно сюрреально. Девятнадцать юных воспитанниц колледжа у ее подножия, их пляжные зонтики и счастливый смех — такой контраст по отношению к древней, задумчивой австралийской земле и нависшей над ними трагической развязке.

Гениальный фильм Питера Уира, словно сотканный из образов сновидений, в котором нет ни одного лишнего или случайного кадра, фразы или жеста. Удивительно глубокий сюрреальный киноэтюд о самых потаенных тайнах женской психологии, разгадка которого заложена в знаменитом стихотворении Эдгара Алана По «A Dream Within a Dream», которое Сара дарит Миранде в самом начале фильма.

Тот, кто поймет подлинный смысл этих строк, поймет и то, зачем Уир создал свой шедевр и куда бесследно исчезли две девушки и их воспитательница теплым солнечным днем 14 февраля 1900 года.

I stand amid the roar

Of a surf-tormented shore,

And I hold within my hand

Grains of the golden sand-

How few! Yet how they creep

Through my fingers to the deep,

While I weep-while I weep!

O God! Can I not grasp

Them with a tighter clasp?

O God! Can I not save

One from the pitiless wave?

Is all that we see or seem

But a dream within a dream?
. Это удивительный фильм! Множество разных частей: сюжетная линия, атмосфера, викторианские устои, музыка, обыденность, эпичность и причудливость соединенные вместе, образуют безупречную эмоциональную картину!

Красиво снятый в Австралии, сюжет обманчиво прост: ученицы из консервативной школы отправляются в поездку к Висячей скале — необычный географический участок, расположенный вдали от цивилизации. В поездке пропали три девочки и одна из учительниц. Простой сюжет, не так ли? Ну, на первый взгляд, это действительно так. Но, развитие сюжета будет держать зрителя в восторге и в недоумении относительно причины необъяснимого исчезновения девушек.

Тот факт, что это происходит в Австралии, на рубеже веков имеет большое значение. Фильм полон символизма; Как символ ужасов и лицемерия викторианского общества; Как критика европейских идеалов, например: подавление сексуальности. Хотя если честно, я никакого Подавления не заметила. Это скорее выглядело как, празднование мечтательной, замкнутой в себе сексуальности молодых девушек, даже не сексуальности, а пред-сексуальности как особого состояния. Но, конечно центральная тема это ИСЧЕЗНОВЕНИЕ.

В фильме не было ни злодея, ни врага, ни парня, ни преступника, ни затруднительного положения, которых можно было бы обвинить в исчезновение девочек. Не было окончательных ответов, а скорее ряд теорий, рассматриваемых глазами второй и третьей сторон.

Они просто исчезли. И это самый страшный кошмар для всех.
. Фильм Питера Уира получился просто замечательным. В лучших традициях Антониони он закручивает интригу не предлагая конкретных рациональных решений произошедшего. 1900 год в пригороде Мельбурна у «Висячей скалы» пропало несколько девочек.

Почему они исчезли совсем непонятно. Возможно они вошли в потайную пещеру, а может быть в другое измерение. Возможно было что-то не поддающееся рациональному объяснению? Да, скорее всего было. Режиссер прямо на это намекает. Но, что это было?

Большая часть фильма посвящена расследованию их таинственного исчезновения.
.

Недавно пересматривая этот фильм, я столкнулся с тем, что кино очень сильно перекликается с «Твин Пикс» Дэвида Линча. Просто те вопросы, на которые Уир лишь намекнул, Линч решил более глубоко и детально рассмотреть. Уверен, что Марк Фрост и Дэвид Линч писали сценарий о Лоре Палмер именно с учетом «Пикника…».

Если же касаться непосредственно вопроса о том, что произошло с девушками, то на мой взгляд — лучшее объяснение произошедшему следующий фильм Уира — «Последняя волна». Самое лучшее объяснение — встреча со сверхъестественным.

8 из 10
. Говоря честно, и сказать-то нечего. Чувствую, что после просмотра этой картины мой IQ понизился процентов на 25. Это просто пик бессмыслия в кинематографе!

Самое страшное, что фильм не развлекательный и совсем не интеллектуальный. То есть, НИКАКОЙ!

Кто-то говорил, что фильм отличается красотой визуальной. Посмотрите «Сафо». Вот где красота! А тут просто пресная, блеклая, размазанная картинка.

Игра актёров? Да не игра это, а позёрство.

Музыка? Чужеродная. Для этого опуса явно не походит.

Сюжет? Ничего внятного я не обнаружил.

Да и вообще, фильмом это назвать сложно. Спектакль какой-то неудачный. Один из худших продуктов кинематографа, на мой взгляд.

1 из 10
. «… Лишь сон внутри другого сна…»

Настоящее кино тридцатипятилетней выдержки. Атмосфера, выписанные персонажи, музыка (не клеится сюда кинопромышленное слово «саундтрек»). Костюмы, подбор и игра актеров, работа режиссёра-постановщика. Напряжение, умение передать ужас неизвестности через призму обыденных природных явлений: воздух, плавящийся от невыносимого зноя, тени лесных тропинок и неприятно внимательная тишина лабиринтов застывшей лавы; даже сцена с перешагиванием крошечной речушки кажется фатальной, решающей. Рубикон перейдён, необратимость запустила судьбоносные часы в обратном направлении — не потому ли остановились механические, те, что сделаны руками беспомощных людишек — кто они перед лицом Вечности, для которой скала за миллион лет не становится взрослой?

По напряжённости, количеству скрытых символов, недомолвок и фраз, в которых таятся ключи, этот фильм поразительно напомнил мне небезызвестный «Малхолланд Драйв» (да простят меня поклонники этого шедевра, к которым я имею честь причислять и себя). Конечно, у режиссёров разный стиль повествования, сюжетных линий в «Пикнике» заметно меньше и они прозрачнее, чем в «МД», но их обрывочность, обречённость мало в чем уступают знаменитому творению Линча. Влюбился ли молодой англичанин в пропавшую девушку с первого взгляда как мужчина в женщину, или ему она тоже показалась сошедшим с полотна «ангелом Ботичелли», явившимся и ускользнувшим, заставившим идти по следу в поисках чуда? Узнает ли бойкий паренёк Альберт Крэнделл, что его родная сестренка всё это время была совсем рядом, тоскуя о нём, теряя друзей и надежду? Что за дикая, нелепая подробность — повышенное внимание к нижнему белью у женщин, попадающих на Висячую скалу (панталоны мисс МакКроу, отсутствие корсета на Ирме)? Ведь это конец 19 века — тогда леди без крайней нужды не снимали на людях даже шляпку и перчатки.

Тем, кто решится посмотреть этот фильм первый раз, хочу сказать: я вам завидую. Я обязательно пересмотрю его, и может быть не единожды, но вряд ли буду снова тревожно посматривать на часики в нижнем углу экрана: сколько еще осталось? Пусть не кончается этот душный, тяжелый сон, пусть длится ещё, ещё, пусть тянется медленный, мучительный, странный, страшный рассказ о самом пугающем, что есть на свете — о неизвестности. Недаром самые кошмарные монстры человеческого воображения живут в непроглядной тьме…

P. S. От недалёких уничижительных рецензий («нудный, непонятный, затянутый») этот фильм должен спасти его возраст. Как пожилая интеллигентная дама, он, скорее всего, не заинтересует и потому не подвергнется «суждению» любителей фантастических четверок и американских пирогов. Как выдержанное вино, чей букет раскрывается только на устах истинного ценителя.

Конечно,

10 из 10
. Многоплановый, лиричный и удивительно красивый фильм австралийского режиссёра Питера Уира не даёт нам ответа на вопрос, как закончился (закончился ли?) жизненный путь пропавших на Висячей скале. Но разгадка их исчезновения как будто не так и важна. Как мудро заметил садовник, «на некоторые вопросы есть ответы, на некоторые — нет». Подлинное восприятие этой картины невозможно в рамках рациональности, логики и какой бы то ни было морали. Хотя, конечно, в нём поставлены и социальные проблемы, но они, на мой взгляд, более чем второстепенны. «Пикник у Висячей скалы» обращается к интуиции, подсознательному, чувству прекрасного. Это фильм-предчувствие, фильм-откровение. Это гимн природе, невинности и свободе.

Из мнимо идиллической обстановки закрытого колледжа девушки-воспитанницы попадают в мир дикой девственной природы. Три из них, Миранда, Ирма и Мэрион, пользуясь благосклонностью преподавательницы, отпрашиваются «ненадолго» на скалу под предлогом проведения измерений. Любопытно, что каждой из них режиссёр вкладывает в уста некую провидческую или смыслообразующую фразу. «Миллион лет она ждала именно нас» (Ирма о скале), «Поразительно, сколько людей живут без всякой цели. Хотя, возможно, они и выполняют какую-то функцию, сами того не зная» (Мэрион, наблюдая за людьми внизу), ключевая фраза Миранды в эпиграфе. Они словно бы прозревают некие сокровенные смыслы за чертой нашего мира и подсознательно не хотят ему принадлежать. Уир откровенно любуется чистотой и естественностью девушек, даже несколько смакует их образы на скале.

Викторианское общество до неприятия чинно и благопристойно, его нормы сковывают и накладывают отпечаток искусственности и фальши на всё, к чему имеют отношение. Но скала несёт в себе мощнейшую энергетику, которая мистически воздействует на сознание девушек, дарует освобождение от запретов и пробуждает неведомые инстинкты. Интересна фигура пропавшей вместе с девушками учительницы мисс МакКро. Что скала делает с ней? Насколько чуждо она выглядит, когда в жаркий полдень под вуалью, в перчатках, читает учебник геометрии, и вот, следуя какому-то призыву, бежит на скалу, сбросив одежду.

В фильме нет главных героев, если только нельзя назвать таковым саму скалу. Она имеет собственную музыкальную тему, живёт своей жизнью, сопротивляется тем, кто пытается открыть её тайны. Жутковатые звуки, напоминающие ветер, но больше похожие на некое «дыхание камня» добавляют тревоги и намекают, что здесь может произойти сверхъестественное. Что представляло собой загадочное красное облако, которое видела Эдит, девушка-дурнушка, сознание которой скала не смогла подчинить? Почему девушки и позже разыскивающий их мужественный юноша впадали в забытье в определенном месте, а другие — нет?

Кстати, сюжетная (возможно, и смысловая) кульминация, на мой взгляд, связана с произошедшим на скале с юношей. Он был по-настоящему одержим идеей найти Миранду и не внял разумным доводам товарища о том, что если с собаками и аборигенами не смогли найти, то никто не сможет. Майкл остался вблизи скалы на ночь («ведь кто-то должен») и уже в предрассветный час возобновил поиски. Это невероятно красивые кадры, сопровождаемые тончайшей мелодией флейты (фильм невозможно представить без виртуозного исполнения Георге Замфира на флейте Пана темы скалы и природы).

В странном болезненном полубреду юноше открывается прошлое (мистические смыслы, связанные с фразами всех девушек) и он теперь знает, где искать. Это знание даётся ему тяжело — на лбу появляется необъяснимое пятно, сочащееся кровью, — и он лишается сил. Один из самых сильных и жутких эпизодов — когда Майкл передаёт товарищу из кулака в кулак кусочек тайны, которая ему открылась. Почему ему удалось невозможное? Есть два ответа: юноша был причастен той чистоте, которая увела девушек из нашего мира (быть может, статус пропавшей учительницы МакКро тоже неслучаен — мисс). Либо причина в том, что скала открывается лишь единицам, прислушивающимся к ней, пытающимся наладить подсознательный контакт с силами, которые здесь правят (даже если это просто форма геомагнитной аномалии).

Другие фильмы Питера Уира («Общество мёртвых поэтов», «Последняя волна») не возбудили во мне таких глубоких эстетических и экзистенциальных переживаний. «Пикник у Висячей скалы» — подлинный нестареющий шедевр.

10 из 10
. Начиная вольной цитатой из стихотворения Эдгара По, первопроходец австралийской «новой волны» Питер Уир словно подтверждает её всем дальнейшим видеорядом. «Пикник у висячей скалы» — давно образец всемирно признанной, визуально совершенной работы со своим уникальным внутренним пространством, напоминающим то пленительный мираж, то ночной кошмар. Литературным первоисточником послужил одноименный роман Джоан Линдсей — чтиво весьма тягомотное, и интересное разве что заявлением, будто основано оно на реальных событиях. Но после выхода фильма посредственная книжка, не сложно догадаться, стала бестселлером. События эти открыто указываются в прологе, но лёгкий спойлер ничуть не портит дальнейшее восприятие. «14 февраля 1900 года группа учениц колледжа Эпплйард отправилась на пикник к Висячей Скале, что в штате Виктория. Во второй половине дня некоторые из них бесследно исчезают.» Подобную завязку можно ведь развязать как угодно. Можно создать третьесортный сайнсфикшн, а можно шараду, над которой будет биться ни одно поколение киноманов. Отсутствие внятной разгадки нас волнует еще больше. Ведь куда интересней процесс разгадывания.

Внимательный читатель сразу обратит внимание хотя бы на дату — День Святого Валентина и последний год 19 столетия. В ребусе Уира вообще нет ни одной случайной детали, ни одного случайного кадра. Но об этом чуть позже, ведь, как ни странно, его метафоричность, символичность, образность и многогранность вторична. «Любое искусство стремиться к тому, чтобы стать музыкой», — известную цитату кто только не любил повторять от Бергмана до мастодонтов наших дней, а расшифровка её в том, что только музыка сразу и напрямую попадает в сердце. Сколь бы многоуровневым и интеллектуально насыщенным ни было ваше произведение, грош ему цена, если оно не вызывает зрительскую эмоцию. Однако Уир первой же панорамой, первой нотой, первым взглядом актрисы переносит тебя в какое-то другое измерение, в «вещь на порядок выше», и возвращаться оттуда не хочется еще очень долго.

Многие отмечают, с какой педантичностью австралиец подходит к деталям и смысловым образам, но точность звуковой партитуры и визуальной стилистики поражает еще больше. Первая же мелодия, где румынский най сочетается с органом, кажется гимном вечности. Воздействие у неё поистине медитативное — такое, что тебе хочется просто распластаться где-нибудь на краю обрыва и бесконечно созерцать проплывающие мимо облака. Эффект, будто ты погрузился в чей-то сон, также достигается сразу. Та самая загадочная вулканическая скала в расфокусированном кадре, словно в дымке или тумане, и вправду зловеще нависает над миром, оправдывая своё название. Следующий план напоминает уже полотно Луи Бувело — Уир определённо тяготел к австралийскому импрессионизму. А далее ткань картины хочется сравнить с легчайшим и полупрозрачным флёром. Режиссёр погружает нас в сцену пробуждения учениц пансиона, походящих на каких-то оторванных от земли созданий. Белоснежные наряды, белоснежные занавесы, всюду цветы и работы прерафаэлитов. Девушки платонически влюбляются и посвящают друг другу стихи.

Сцена восхождения и исчезновения давно стала хрестоматийной. Оператора Рассела Бойда за неё многократно наградили и заслуженно. В их совместной с Уиром работе природа воистину оживает. В очертаниях, уступах скалы начинают узнаваться лики каких-то древних чудовищ, словно с незапамятных времён следящих за нами. Здесь не только игра света и тени, но и фильтры используются умело — они заметно смягчают, облагораживают картинку. За счёт оригинального движения и расположения камеры, необычных ракурсов восхождение получается предельно динамичным и вовлекающим. Иногда объектив словно установлен на поясе самой девушки — дрожит, и направлен на адскую скалу сверху вниз, смотрит как бы её глазами. Порой Бойд располагает камеру где-нибудь в ущелье или над героинями — так, что получается эффект «подглядывания». Музыкальный фон здесь уже меняется на напряжённую и более ритмичную тему для фортепиано композитора Брюса Смитона, а сам Уир иногда даже мастерски управляет временем в кадре. Либо замедляет за счет рапидов и blur-эффектов, придавая своим созданиям какую-то почти балетную грациозность, либо наоборот ускоряет в темп тревожной мелодии.

В творчестве австралийца, особенно в последующем его фильме «Последняя волна», одной из определяющих стала тема столкновения — природы и человека, аборигенов и колонизаторов, вечного и временного. Образом первого в «Пикнике» как раз и является сама скала, возраст которой исчисляется миллионами лет. Здесь это место мистическое, магнетическое и никогда до конца непознаваемое. И кажется, что в произошедшем было нечто зловеще пророческое. Всё хрупкое и прекрасное в этом мире неизбежно тянется к чему-то исполински ужасному и неизбежно погибает в нём. Как свет, поглощаемый чёрной дырой, как хаос, засасывающий порядок. Реплики девушек говорят о том, что они будто интуитивно чувствовали, что должно произойти, но ведомые неизвестной силой никак этому не противились. «Миллионы лет… она ждала именно нас». «Ты должна научиться любить кого-то еще, меня вскоре здесь не будет». «Всё начинается и заканчивается в строго определённое время». Последнюю фразу произносит Миранда — она и вправду напоминает ангела сошедшего к нам лишь на конкретный период, и ушедшего тогда, когда нужно. В одном эпизоде Уир даже несколько прямолинейно сравнивает её с Венерой Ботичелли.

Противовесом скале (Австралии) является сам пансион (Британия). Внутри комнат девушек царит элегия и идиллия, но когда дело доходит до занятий и особенно до хозяйки пансиона миссис Эппльярд мы сталкиваемся с насколько чопорной и пуританской, с настолько двуликой и лицемерной старушкой Англией. «Крахмальная блузка глухо застёгнута у подбородка», но… «под шелестящей юбкой ни-че-го». В кабинете у Эппльярд недвусмысленно висит портрет королевы Виктории, а сама она во многом её внешне напоминает. Строгость нравов всего лишь прикрытие для ежовых рукавиц. И каким же метафоричным тогда получается путешествие к скале. На пути все девушки снимают с себя перчатки, а четыре странницы на вершине и вовсе неслыханно избавляются от корсетов и чулок. Сближение человека и природы освобождает последнего.

Их исчезновение рушит мир пансиона. Он, как символ метрополии, уже не способен более удерживать учениц. Прожорливость Англии разбилась о колонии, как океан о скалы. Силач не выдержал ноши, жонглёр разбросал мячики. Неслучаен 1900-й — оставался год до независимости Австралии. И тогда концепция работы Уира вырисовывается чуть чётче. Его фильм — это срывание масок со всего картонного, праздного, тленного, искусственного. Мы так заросли плесенью, что настоящая кожа уже не прощупывается, мы уже не видим реальности. Всё наше бытие — и вправду всего лишь сон, и, может быть, Висячая Скала — это способ наконец проснуться?
. С Питером Уиром мы познакомились в 76-ом, когда он приезжал в Геленджик на лето. Я катился под Commix (я привез его из будущего), а Уир сидел рядом с великом, который он взял напрокат, ковырялся с цепью, руки все черные, сомбреро на спине. Толстые женщины в синих, зеленых, фиолетовых купальниках, натянутых до ушей на жопу, проходили мимо, про между прочим жрали чебуреки, сок которых стекал по их ляжкам, дети гоняли голубей, а из автоматов по определению веса доносилось это прекрасное «Добро пожаловать! Добро пожаловать!». Думаю, уже даже Питер Уир понимал насколько это сводит с ума даже русского человека.

Я спрыгнул с велика, побежал навстречу Питеру, бежал километра 2-3 где-то, схватил его за его голое тело и, тряся восклицал «Зачем, ну зачем ты снял «Пикник у висячей скалы, зачем эти школьницы австралийские, зачем эта скала, зачем этот Валентин, эта таинственность, эта молчаливая глупая толстушка»? Питер вытерся от пота, я слишком близко его держал пока тряс, сказал «Don`t worry, я всьё тьебе расскАжу», и мы, купив по пломбиру, сели на подъемник Сафари-парка и пока весь день катались до чертиков, он мне ничего не рассказал. Поэтому пришлось понимать самому.

Время такая великолепная штука, оно практически всех людей делает такими, какими они должны быть, соответствовать, скажем так, окружающему стилю. Это отражается и в поведении, и в мыслях, и в стремлениях, и в целях. Отходняк от хиппи у всех шел долго, такое не забывается. Даже в современных картинах типа «В диких условиях», не могут описать тему свободы, не задев ребят, катающихся в раскрашенной машинке с цветочками — на это воля каждого режиссера и сценариста. «Пикник» как размышление о свободе и тайне бытия, наверное, идеальное творение, несмотря на скучность сюжета на разных уровнях. Для меня даже на уровне мистичности, потому что слишком много ответов, чтобы показанное в полной мере воспринимать как мистику и таинство. Есть, конечно, моменты, которые сложно объяснить, но удобство картины в том, что тут объяснять ничего не надо.

Проводя все время в неком заточении, школьницы с радостью рвутся на свободу, которой является для них Висячая скала. Поездка туда для них, по-видимому, не открытие, или, по меньшей мере, все об этом месте наслышаны, поэтому настолько сильно их желание. И в этом первый виток таинства — что это за место. Девочки, играющие школьниц, могу поспорить, но не буду, даже объективно чересчур поэтичны и глубина произнесения ими фраз о жизни обгоняет мысли, которые могут стоять за этими фразами. Но, конечно, их игра и некая суть этих школьниц, ведь на основе их мыслей и потом исчезновения самих девушек в лабиринтах Висячей скалы строится таинство всей картины, — это, вроде как бы не мне судить.

Та свобода, к которой стремятся девочки — это даже не хиппи свобода, и не женская свобода познать любовь, которой в пансионе им не видать, это даже не человеческая свобода познать саму свободу, хотя все это в фильме есть. Возможно, это некое буддистское освобождение от материального существования, поэтому так очевидно камера постоянно наводится на скалу с разных сторон, что не заметить формы человеческих лиц в них просто невозможно. И, наверное, они не первые… Именно поэтому, возможно, девушки, попав в точку некого невозврата внутри скалы, все-таки идут дальше и исчезают. Остальные же размышления — почему только они, что за этим стояло и как это связано с днем Святого Валентина — это уже те смыслы, которые все будут искать по одиночке.

Но, наверное, самое невероятное ощущение, которое должен испытать зритель, и которое так и хочет внутри повториться (ощущение) — это желание так же уйти и пропасть, потому что одно видно ярко — ушедшие (пропавшие) школьницы и их учительница что-то нашли внутри себя, поэтому они сознательно пусть и под воздействием некой силы уходят. Это безумно и пугает и заставляет внутри немного трепетать — в этом и есть, наверное, суть таинства этой необычной картины.
. Пикник у Висячей скалы — фильм австралийского режиссёра Питера Уира, известного нашему зрителю по таким кинолентам, как Общество мёртвых поэтов (кстати один из моих любимых фильмов) и Шоу Трумана. Однако в мировом кинематографе, именно Пикник у Висячей скалы считается его лучшей работой. Первоисточник фильма — одноимённая книга Джоан Линдсей, в основу которой легли вымышленные персонажи и события.

Кино на первый взгляд очень незамысловатое, на поверку — тёмная пропасть, от которой веет холодной загадочностью. Но обо всём по порядку. 14-го февраля 1900 года, в День Святого Валентина студентки женского пансиона отправились на долгожданный пикник у легендарной Висячей скалы (легендарна она в качестве бывшего вулканического образования), на котором они имели возможность не только очутиться за оградой так утомившего их заведения, но ещё и до обеда снять с себя перчатки(не сдержался, ибо очень запомнилась эта этикетно-воспитательная мелочь).

После пикника каждая из девочек непременно должна написать сочинение о проведённом времени и четыре юные красавицы решили под творческим предлогом провести время непосредственно на вершине скалы. После сытного обеда и тихого часа на природе обнаруживается, что девочки не вернулись в обещанное время, а спустя ещё несколько часов местные жители ближайших окрестностей безуспешно прочёсывают Висячую скалу в поисках пропавшей четвёрки…

А дальше наступает время тайн и загадок, причём не совсем ожидаемых, а любителям кошмарно-мистического трэша лучше вообще это кино не смотреть (конечно же потому, что там его нет в принципе). Питер Уир идеально скроил свой фильм. Красота и изящность съёмок сплетена воедино с горькой драмой и будоражащей таинственностью. Пропажа девочек — это ВОВСЕ не повод для развития остросюжетной истории, а источник давления на зрителя, который заставляет теряться в догадках и сопереживать героям фильма, пытающимся найти ответы на практически мистические вопросы.

Конечно я не буду рассказывать содержание, я же вам не враг. Кино очень качественное, и совсем не попсовое. Рассчитывайте прежде всего на жутковатую атмосферу картины и богатство своей собственной фантазии, а я получил от этого фильма совсем необычного Питера Уира и ещё более необычные ощущения после финальных титров.

8 из 10
. Данная лента известного режиссера Питера Уира, в свое время вызвала небывалый ажиотаж, породив многочисленные догадки, версии и гипотезы, объяснявшие таинственное исчезновение нескольких воспитанниц женского колледжа и их гувернантки. Большинство критиков сходиться: загадка исчезновения девушек неразрешима. Несмотря на оставленные подсказки, зритель не может получить точного, ясного ответа: ни одна из версий не является очевидной, не исключает другую.

На самом деле, разгадка тайны не важна для повествования. Она даже губительна, попытки найти истину побуждают зрителя глубже погрузиться в атмосферу рассказанной истории, заставляя пересматривать ленту раз за разом. Любое объяснение неуместно. Одна трактовка исключает другую. Что идет в разрез с режиссерским замыслом. Вселенная ленты многослойна, она предполагает наличие параллельных миров, однако их природа не всегда сверхъестественна. Яркий пример — здание колледжа, построенное в соответствии с канонами викторианской эпохи, на фоне экзотических пальм. Его обитатели словно чужеродные создания, на фоне простых в быту обычных жителей, которые и кажутся коренными австралийцами. Природа еще одно измерение. Несмотря на кажущиеся единение ее и человека, в условиях слабозаселенной Австралии, девушки с интересом рассматривают насекомых, и растения словно удивлены самим фактом их существования.

Миры постоянно перемащиваются, соприкасаются. Но ненадолго: муравьи утаскивающие остатки торта; Майкл держащий дистанцию принимая от кучера бутылку вина; некрасивая Эдит напросившаяся на прогулку; сирота получившая возможность стать «леди». Не смотря на кажущиеся равновесие, возращение на круги своя, очевидно, что грядут изменения. Новое столетие, и портрет престарелой Виктории говорят о неумолимом ходе истории. Именно слепая приверженность к традициям приводит к краху — Миссис Эппльярд жалеющая Сару, все же выживает ее, руководствуюсь железными правилами, основанными на своем опыте….

Неотъемлемой составляющей повествования является мистика: наш мир сон, но это не означает его нереальность, он словно другое измерение, наведуемое гостями из других миров. В этом случае, нет 
реальности, лишь нагромождение разных миров. Косвенное тому подтверждение слова Миранды о скором ее уходе; сравнение последней с ангелом. Словно она неземное существо задержавшиеся в нашем мире, а затем вернувшиеся домой. Однако, все что происходило реально, перестав таким быть с осознанием себя в новом, возможно родном бытие. Именно в таком случае все происходящие сон. Однако лишь для сгинувших…

10 из 10
.

Copyright © All rights reserved | a.kinoteatr-x.com